К дню конца войны.

[arpad]

.
Генерала легко понять
Если к Сталину он привязан, -
Многим Сталину он обязан,
Потому что тюрьму и суму
Выносили совсем другие.
И по Сталину ностальгия,
Как погоны, к лицу ему.

Довоенный, скажем, майор
В сорок первом или покойник,
Или, если выжил, полковник
Он по лестнице славы пер
До сих пор он по ней шагает
В мемуарах своих - излагает,
Как шагает по ней до сих пор.

Но зато на своем горбу
Все четыре военных года
Он тащил в любую погоду
И страны и народа судьбу
С двуединым известным кличем.
А из Родины – Сталина вычтя,
Можно вылететь. Даже в трубу.

Кто остался тогда – никого.
Всех начальников пересажали.
Немцы шли, давили и жали
На него, на него одного.
Он один, он один. С начала
До конца. И его осеняло
Знаменем вождя самого.

Впереди только враг. Позади
Только Сталин, только Ставка.
До сих пор закипает в груди,
Если вспомнит. И ни отставка,
Ни болезни, ни старость, ни пенсия
Не мешают; грозною песнею
Сорок первый, звучи, гуди.

Это точно. «И правду эту, -
Шепчет он, - никому не отдам».
Не желает отдать поэту.
Не желает отдать вождям.
Пламенем безмолвным пылает,
Но отдать никому не желает
И за это ему – воздам!


(с) Б.Слуцкий