Впереди планеты всей

.
Таки шо я скажу вам, товарищи. Русская литература все еще умеет в два жанра. В лагерный роман и в инфантильный милитаризм. Ну и в их разнообразные сочетания.

Как говорил один иезуит у Дюма "я бы сделал из этого тезиса три тома". Ах, сколько можно бы было всего сказать, описывая полтора столетия от "записок из мертвого дома" до "мертвой гусыни".

Но я, увы, не иезуит.